понедельник, 8 февраля 2010 г.

Глава 1. Фрагмент 6

В девять лет я был счастливым, веселым мальчиком. И моя мама решила обратиться к специалистам, чтобы у меня нашли какой-нибудь талант. Наверное, так делает любая мать в Италии, ведь каждая мать искренне верит, что ее ребенок – самый умный и красивый на свете. 
Помните Зорро – знаменитого героя в маске, с саблей в руке скакавшего на лихом коне по Мексике, помогая угнетенным и покоряя женские сердца? Так вот, итальянское телевидение решило снять несколько новых серий фильма о приключениях Зорро, в которых рассказывалось о его раннем детстве. По всему Риму расклеили объявления, где мальчики от восьми до десяти лет приглашались принять участие в пробах на роль юного героя. Это стало главной темой разговоров местного люда. Мама отвела меня в телестудию. Я не знал, что меня ждет, но мне было ужасно интересно оказаться в новой, незнакомой обстановке.
Таких, как я, набралось около тысячи. К плечу каждого был приколот номер, будто мы были коровами на ярмарке. Некоторые дети заметно нервничали, кое-кто плакал, а кто-то сидел с каменным лицом, как у манекена, крепко держась за руки своей мамаши. Нас всех как следует вымыли, подстригли и одели в праздничные костюмы. На мне была новая одежда, против чего я особо не возражал. Мне нравились новехонькие рубашки и брюки. Уже тогда я любил одеваться по моде.
Но наш внешний вид не шел ни в какое в сравнение с тем, как выглядели наши матери. Они переживали гораздо сильнее детей и были одеты с большим шиком, нежели их отпрыски. Можно было подумать, что именно они участвуют в кастинге. Макияж, платья с цветочными узорами, бусы. Не забывайте, что на дворе, все-таки, была середина семидесятых. Женщины оживленно болтали между собой, в то же время пристально наблюдая за своими чадами: не испачкались ли туфли, не помялась ли рубашка?
Нас всех сняли на камеру, а затем пригласили на сцену читать слова Зорро. Некоторые дети были напуганы до смерти, другие просто не могли понять, чего от них хотят. Нужно было видеть, как напряженно матери смотрели на своих сыновей: еще чуть-чуть и на маленьких личиках появились бы дырки от их испепеляющих взглядов. Я не знаю, кто были все те мальчишки, но, скорее всего, большинство из них, как и я, происходили из обычных рабочих семей. Для многих это, вероятно, был единственный шанс уйти от безысходности своего общественного положения и стать кем-то другим, заняться чем-то более интересным. Надо сказать, что в итоге все свелось к банальной торговле («Мадам, ваш сын красив и талантлив, но не так красив и талантлив, как вон тот»), а напряжение было просто невыносимым. Нужно понимать менталитет людей в то время и отношение присутствовавших матерей ко всему происходившему. Их ребенок являлся показателем того, насколько хорошо они исполняли свои материнские обязанности.
Был ли их сын красивым, жизнерадостным мальчиком? Умел ли он выражать свои мысли? Был ли он смышленым? Обладал ли он обаянием? Для людей, которые устроили пробы, если мальчик был не совсем идеален, в этом следовало винить их мать. Именно матери, а не их дети, в тот день сдавали экзамен.
Не знаю почему, но я не ощущал страха и ничуть не волновался. Уже в том возрасте я понимал, что ничего не могу изменить в своей внешности, и поэтому следует сосредоточиться на том, как правильно себя вести в той или иной ситуации. Так как продюсеры хотели найти на роль Зорро маленького мальчика, лучше всего, с моей точки зрения, было поступать так, как поступал юный Зорро. Однако я понятия не имел, как именно он поступал, и поэтому решил представить, что Зорро – это я. Таким образом я мог оставаться самим собой и произносить свои слова, как Паоло Ди Канио, а не как маленький Зорро.
И это сработало. Организаторам я, кажется, пришелся по душе. Мне же безумно понравилось выступать на сцене, когда ты безраздельно владеешь вниманием всех людей, находящихся в зале. Это внимание, думаю, придало мне больше уверенности в своих силах. Я сразу понял, что все прошло на «ура», и почувствовал разочарование других матерей, когда судьи начали шептаться между собой. Объявили результаты, и выяснилось, что я занял первое место. Именно я был отобран среди двух сотен мальчишек на роль Зорро в сериале на одном из общенациональных каналов. Моя актерская карьера должна была вот-вот начаться.
Но, увы, на этом она и закончилась. Из-за всех волнений и переживаний мама пропустила информацию, напечатанную на объявлении мелким шрифтом. Оказалось, что в результате кастинга, в котором я победил, просто отбирался мальчик, наиболее подходивший на роль. Окончательное же решение принимали продюсер и режиссер фильма, не присутствовавшие в зале. Тем не менее, организаторы убеждали нас, что с моим утверждением не возникнет никаких проблем. Все, что нам оставалось сделать – это еще несколько раз сфотографироваться и пару раз сняться на камеру. Они говорили, что будут счастливы устроить это для нас за скромную и разумную плату в 50 000 лир, что составляло в то время около 30 евро. Загвоздка была в том, что мама уже потратила деньги на новую одежду и на допуск к участию в отборе. Найти еще 50 000 лир было делом непростым.
«Синьора Ди Канио!» - сладким голосом пытался уговорить маму один из организаторов. «Посмотрите на этого прекрасного, талантливого мальчика. Он будет следующим Зорро! У него прекрасное будущее! Неужели вы позволите, чтобы какие-то жалкие 50 000 лир помешали ему сделать блестящую актерскую карьеру?»
Мама молчала и смотрела перед собой. Возможно, она понимала, что ее водят за нос и просто выуживают деньги. А возможно, у нее не хватало смелости попросить у моего отца требуемую сумму.
«Синьора, он скоро станет звездой!» - не унимался организатор. «Он будет работать с профессионалами. Нужно только, чтобы он прошел профессиональную кинопробу и принял участие в фотосессии. Это займет у вас лишь несколько часов, не больше. Подумайте: всего несколько часов в обмен на телевизионную карьеру!» 
Спонсор перевода: Магазин Ultras Fashion

Комментариев нет:

Отправить комментарий