понедельник, 2 августа 2010 г.

Глава 5. Фрагмент 1

Глава 5. "Тебе конец, Ди Канио!"
Иногда распадаются даже династии, и тогда их приходится восстанавливать. «Ювентус», с которым я подписал контракт летом 1990-го года, был именно таким клубом.
Из всех итальянских команд туринцев можно смело называть королевским клубом. Известный как “Vecchia Signora” или «Старая Синьора», он завоевал титулов больше, чем любая другая итальянская команда. В восьмидесятых «Ювентус» выиграл четыре скудетто, стал обладателем Кубка Италии, Кубка обладателей кубков, Кубка УЕФА, а также победил в клубном чемпионате мира. Грандом владеет семья Аньелли, которой принадлежит крупнейшая итальянская компания – «ФИАТ». Одним словом, «Ювентус» - синоним мощи, власти, которой могут похвастаться только сильные мира сего.
Но времена изменились, и, несмотря на выигрыш в 90-м Кубка УЕФА, удовлетворения от выступления клуба не было и в помине. Требовалось обновление на всех уровнях. Лука Кордеро ди Монтедземоло, человек, прославившийся удачной организацией чемпионата мира 90-го года (сейчас возглавляет «Феррари»), назначили вице-президентом, предоставив ему практически полную свободу для создания новой команды. Его первым шагом стало приглашение экстравагантного Джиджи Майфреди на пост главного тренера.
Майфреди был необычной личностью во всех отношениях. Бывший торговец шампанским, он воспринимался многими как футбольный мечтатель. Этот тренер произвел настоящий фурор в итальянском футболе, выведя «Болонью» в Серию А, а затем два сезона подряд удерживая ее на достойном месте в середине турнирной таблицы. Но самое большее впечатление производили не столько результаты, которых ему удалось добиться, сколько то, как играли его команды. Это было нечто фантастически захватывающее: Майфреди исповедовал исключительно зонную защиту, где каждый игрок мог свободно подключаться к атаке, ему не требовались полузащитники, и все футболисты могли принимать участие в атакующих действиях.
За таким футболом было очень интересно наблюдать, но главное - подобный стиль полностью шел вразрез с итальянскими футбольными принципами. Традиционно для итальянцев результат важнее всего прочего. Лучше играть плохо и выиграть 1 – 0, забив на 93-й минуте с пенальти, заработанном при помощи симуляции центрфорварда, чем провести прекрасный матч и завершить его вничью 3 – 3. У Майфреди было собственное мнение. Он считал, что команда должна атаковать с первой до последней минуты, чтобы на ее игру было приятно смотреть. Атака для него была превыше всего.
Я все еще скучал по «Лацио». В глубине души я спрашивал себя, не могло бы у меня все-таки что-то получиться с ними. Но я понимал, что дело зашло слишком далеко, что римский воздух по-прежнему оставался для меня чересчур грязным.
Помню дождливый вечер в августе, в Турине. Я еще не нашел квартиру и жил в гостинице. Бетта приехала ко мне на несколько дней. Мы заказали еду в номер, включили телевизор и стали смотреть предсезонный товарищеский матч между «Лацио» и «Миланом». Во мне проснулся болельщик, я начал кричать, подбадривать, как вдруг что-то заставило меня замолчать.
Сначала я думал, что мне просто почудилось. Но потом я прислушался, и даже среди шума на стадионе разобрал слова, которые распевали фанаты.
Pezzo di merda! Di Canio, pezzo di merda! Pezzo di merda!”
Они пели хором «Кусок дерьма! Ди Канио – кусок дерьма! Кусок дерьма!» на мотив знаменитой песни «Guantanamera».
И это были мои фанаты. Мои фанаты! Мои друзья, братья. Если бы я не стал футболистом, я бы мог сидеть рядом с ними на трибуне!
А сейчас они смешивали меня с грязью. Каллери удалось убедить их в том, что я предатель, что я повернулся к ним спиной.
Чувства переполнили меня, я разрыдался, как ребенок. Я плакал и плакал, не в силах остановиться. Если бы только они знали правду, если бы только я мог сказать им, как хочу быть там, с ними.
Это была настоящая истерика. Бетта пыталась меня успокоить. Не будь ее рядом, не знаю, что бы я сделал. Тот вечер стал одним из самых мрачных моментов в моей жизни. Раньше каждый раз, когда я чувствовал боль, я одновременно ощущал и гнев. Как бы сильна ни была боль, гнев был сильнее, и он помогал мне справиться с болью. Сейчас же я ощущал только боль, чистую боль.
На следующий день я позвонил лидерам ультрас «Лацио»: главам группировок “Irriducibili” и “Eagles”. Они объяснили, что песню распевала всего кучка фанатов, хотя их и было хорошо слышно. Это были люди, поверившие Каллери на слово. Лидеры группировок заверили меня, что подобное больше не повторится.
Хотя я по-прежнему переживал, я понимал, что нужно двигаться дальше. Приближался новый сезон, который мне предстояло провести в величайшем итальянском клубе, и я просто не имел права упускать такой шанс.
«Ювентус» сильно нуждался в обновлении, и перемены обещали быть радикальными. Майфреди получил абсолютную свободу в выборе игроков, и долго не думая, стал налево и направо тратить выделенные ему средства.
Кроме меня, тем же летом был приобретен Роберто Баджо, прекрасно отыгравший на только что закончившемся чемпионате мира 90-го года; Массимо Орландо, выступавший за сборную футболистов до 21 года, которого многие сравнивали с легендарным бразильцем Зико; и звезда немецкой сборной на чемпионате мира Томас Хеслер. По амплуа мы все являлись игроками атаки, и должны были присоединиться к группе форвардов, в которую входили сборники Тото Скилачи, лучший бомбардир чемпионата мира, и Пьерлуиджи Казираги.
С последним мы жили в одной комнате, и это самый добрый, отзывчивый человек, которого я когда либо встречал в мире футбола. В первый год мы были неразлучны. У меня мурашки по телу, когда вспоминаю, что произошло с ним потом. Он только что переехал в Лондон и готовился начать карьеру в английском футболе, когда, спустя каких-то два месяца, всему внезапно пришел конец. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий