суббота, 28 августа 2010 г.

Глава 5. Фрагмент 6

Конечно, ничего этого я не знал, когда Виалли впервые переехал ко мне. Вскоре я начал понимать, что живу с причудливым парнем, если не сказать больше.
Например, в первый день, когда он перевозил свои вещи, я покинул квартиру на несколько часов, чтобы у него было время обосноваться. Когда я вернулся, то заметил, что его одежда аккуратно сложена на кухне. По всей кухне: на столе, на барной стойке, на верху плиты - везде.
Я был поражен этой странностью, но подумал, что он просто не имел времени все разложить по своим местам. Прошел день, а затем другой. Вещи Луки по-прежнему умиротворенно располагались на моей кухне.
Это не имело большого значения для нас, поскольку мы всегда ели вне дома и редко даже заходили на кухню, но я все же полагал, что этому должно была быть веское оправдание.
"Лука, - обратился я к нему однажды.- Что-то не так с твоей комнатой?"
"Нет", - он спокойно ответил.
"Что с твоей одеждой? У тебя недостаточно места в шкафу для вещей? Тебе нужна дополнительная комната для твоих шкафов?"
"Совсем нет. В моей комнате много шкафов".
Я странно посмотрел на него.
"Тогда почему же твоя одежда повсюду на моей кухне?"
"Я ненавижу шкафы, не люблю размещать свою одежду в них. На кухне они проветриваются и, раз мы никогда не готовим еду, это хорошее, чистое место для одежды. Разве это проблема для тебя?"
Он произнес эти слова так, как будто это было в порядке вещей - располагать свои дизайнерские рубашки и брюки на газовой плите.
Но в то же время Лука всегда был одержимым своей одеждой. Он тратил часы перед зеркалом, примеряя и комбинируя. Пойдут ли серые брюки с его кашемировым свитером? Можно ли носить рубашку с тонкой полоской вместе с желтой кофтой или она лучше будет смотреться с кардиганом? Он делал это не потому, что был самовлюбленным, а потому, что был перфекционистом.
Мне всегда нравилась мода. Считаю, что у меня отличное чувство стиля, и я одеваюсь очень хорошо.
Я увлекся модой в 1990 году, когда купил бутик в Терни. Мой друг Джанлука Мунци (в то время он встречался с сестрой Бетты Стефанией) был первым, кто подал мне такую идею. Она выглядела умным вложением. Хотя я был молод и не заработал кучу денег, я знал, что должен начать думать о будущем. Джанлука научил меня многому касательно того, как мужчина должен заботиться о себе и своей семье. С тех пор наши отношения развились до того, что сейчас мы как братья. Бутик был назван "Il Conte", и я принимал участие в выборе стиля, который мы продавали. Мне нравятся классические, английские, Savile Row дизайны - думаю, это предвещало мой переезд в Лондон. Наверно вот почему, Лука так сильно рассчитывал на меня в плане выбора одежды для него. А также тот факт, что он более одержим этим.
Забавно, на самом деле он даже безоружен в некотором роде. Мы собирались раз в неделю, и он постоянно говорил об одежде. Где я взял эти запонки? Может ли он заполучить блейзер, как у меня, но темно-синий, а не светло-голубой?
Думаю, что без меня Лука стал бы жертвой моды. Но вы не услышите от меня жалоб. Он делает много покупок в моем бутике в Терни (как и другие футболисты), так что с точки зрения бизнеса, он очень выгодный друг.
Другой необычной стороной Луки является его тяга к обнажению. Может быть, если бы я имел тело, как у него, то делал бы то же самое, но я знаю, что нелегко привыкнуть к этому. Он ходил по дому всегда голым, будто это было вполне естественным.
После тренировки мы принимали душ и одевались, в то время как он сидел в чем мать родила, почитывая газету, как будто он носил двубортный костюм, развалившись в читальном зале какого-нибудь клуба джентльменов.
Говорят, он стал более серьезным с начала тренерской карьеры. Я же помню его как неисправимого проказника, постоянно сеющего хаос вокруг раздевалки. Несколькими годами ранее он начал брить голову, и однажды, я помню, он предложил мне сделать то же самое.
"Ты с ума сошел? - сказал я ему. - Я буду выглядеть уродом с бритой головой!"
"Давай – продолжал он.- Я не буду брить твою голову, а просто уберу лишнее по бокам. Ты же знаешь, твои волосы немного растрепаны".
Я должен был предвидеть. Я должен был заметить тот дьявольский блеск в его глазах и озорство, которое выражала его улыбка. Глупо, но я доверился ему.
Он взял машинку для стрижки волос, установил максимальный параметр и выстриг глубокий канал прямо на моей макушке. Волосы посыпались вокруг меня. Вид моих волос на полу взбесил меня.
Я обернулся и закричал: "Какого черта ты делаешь?"
"Ой! - сказал он. - Я проглядел".
Он убедил меня, что теперь было лучше состричь все мои волосы, иначе они выглядели еще хуже. У меня не было выбора, и я разрешил ему. Я пришел в ужас, когда посмотрел в зеркало. Я не узнал себя. Некоторым парням идет такая стрижка. Но только не мне. Моя голова вытянутая и костлявая - без волос она выглядит отвратительно. То есть я выглядел, как один из тех бедных людей из лагерей беженцев.
Виалли также был ответственным за мою первую татуировку. Мы решились одновременно. Естественно, он мучительно думал над своей татуировкой, перебирая все возможные варианты, чтобы она была идеальной. Он набил орла, а я - воина. Это старый, закаленный боями воин, который повидал все на свете.
Думаю, что я увлекся татуировками, поскольку та была первой, но далеко не последней. В «Наполи» я набил орла, но в отличие от Луки, это был орел «Лацио». У меня также появился еще один воин, но уже верхом на коне. Мне нравится думать, что старый воин, оглядываясь на свою жизнь, видит себя молодым и размышляет о былых сражениях.
В «Милане», после завоевания чемпионства, я добавил татуировку скудетто. Позже, в «Шеффилде», появились буквы «L» и «Е» - в честь Людовики и Элизабетты. Когда родилась Лукреция, я добавил еще одну букву «L». Не переживайте, там полно места на моей руке, если у нас появятся еще дети. Мастер обрамил буквы языками пламени. Для меня огонь делает их неизгладимыми и неотъемлемыми.
Я знаю, что это всего лишь символы, но они важны для меня. В конце концов, символ важен настолько, насколько ты предаешь ему значение. И в моем случае, они – это все.

Комментариев нет:

Отправить комментарий